Австралия, австралийцы

С тех пор, как Британия приступила к переброске в Австралию своих нежелательных социальных элементов, на нее стали смотреть - и смотрят до сих пор - как на родственника.

У первых европейцев, прибывших в Австралию, на куртках была надпись ЗЕВИ (заключенный ее величества в изгнании), что на английском выглядело как POHMI , а звучит сродни прозвищу англичан - поммы , каковое отнюдь не должно восприниматься здесь как оскорбление. Вообще ‑ то, конечно, это оскорбление, но оззи могут оскорблять только друзей. Так что по отношению к англичанам это вовсе и не оскорбление.

Сегодня на Великобританию смотрят как на ветреную мать, вытолкнувшую птенчика из гнездышка. Целых двести лет Австралия жила припеваючи под крылышком матушки ‑ Британии. Ей было неплохо и тогда, когда крылышко это начало приподниматься. Не будучи готовой обеспечить себя сама, она пользовалась режимом наибольшего благоприятствования в отношениях со своей мамашей. А это было большим подспорьем в драках со старшими братишками и сестренками. Но эта лафа закончилась со вступлением Британии в ЕС - европейская солидарность оказалась сильнее родственных связей.

После обретения экономической самостоятельности оззи только тем и занимаются, что пытаются сохранить тот образ жизни, к которому привыкли еще в гнездышке. И вы думаете, они обиделись на мамочку? Думаете, они сердятся на британцев? Нисколечко! Оззи уверены, что все это - дело рук политиков, а политики, как знают все оззи, не имеют никакого отношения ни к народу, ни к его насущным проблемам.

Теперь австралийцы относятся к Британии как к незначительному перенаселенному островку, имевшему наглость расположиться за целых тринадцать тысяч миль от Австралии. От него вообще не было бы никакого проку, если бы время от времени игрокам в крикет не надо было поразмяться, а деятелям эстрады - где - то передохнуть по дороге на более доходные сцены.

Так что к Великобритании и англичанам никакого особого отношения нет, а есть оно к новозеландцам - их тут называют «киви » - да и то только потому, что проигнорировать Новую Зеландию трудно, поскольку расположена она слишком близко.

В пятидесятые и шестидесятые годы двадцатого столетия английские средства массовой информации усиленно рекламировали иммиграцию в Австралию. Типичный австралиец представлялся им крупным загорелым молодым человеком, проводящим свои дни на пляже. А типичная австралийка - фигуристой и тоже загорелой молодой особой, опять ‑ таки праздно проводящей дни свои на пляже.

Подобная реклама оказалась роковой для многих наивных поммов. За те два года, что они обязались продержаться в Австралии, получив деньги на дорогу, многие потеряли желание возвращаться в Англию.

В восьмидесятые годы австралийское телевидение внесло небольшие коррективы в образ загорелого героя мужеского пола. Он стал зваться Нормом, ему тридцать - сорок лет, и у него появился огромный живот. Дни свои он проводит у телевизора за просмотром спортивных программ. С кружкой пива в руке, конечно. На этом поиски новых образов завершились. Что думают сегодня люди? Теперь это никого не интересует.

Оззи были счастливы, когда их жизненным похождениям придали столь романтичный блеск. С их точки зрения всякий помм, раз он так глуп, что попался на эту дешевую удочку, вполне заслуживает того, чтобы быть обреченным на жизнь в Австралии. Состраданием оззи никогда не славились.

Оззи смеются себе под нос, когда их нацию называют спортивной. Процент людей, увлекающихся спортом по телевизору, не так уж и велик. Молчаливое же большинство и безразличная прослойка пробуждаются к жизни лишь тогда, когда у некой австралийской команды появляется шанс побить своих коллег из более значимой страны.

Если оставить в стороне аборигенов, коих меньшинство, то оззи считают себя международными неудачниками. Очень удобная позиция. Не стыдно проигрывать, когда никто от вас ничего особенного не ожидает, да и победе над вами никто особенно не радуется, поскольку соперник вы не слишком грозный. Обе эти точки зрения очень удобны, так как позволяют не предъявлять к австралийским спортсменам высоких требований.

Только безумец отважится намекнуть австралийцу на то, что его родословное древо, в общем ‑ то, уходит своими корнями в глубины преступного мира. Оззи тут же отпарируют, что завезены эти «корешки» были не откуда ‑ нибудь, а из Англии. А затем выразят сожаление по поводу того, что не смогли позволить себе импортировать преступников из более приличной страны.

Как бы то ни было, за семьдесят с небольшим лет на зеленый континент было перевезено сто шестьдесят тысяч заключенных - это лишь капля в море добровольных иммигрантов.

Однако тот факт, что по большей части население страны произошло от тех, кого сюда депортировали, и тех, кто в 19 ‑ м веке приехал по собственной воле в погоне за легкой наживой, нет ‑ нет да и даст о себе знать. Скандалы вокруг коррумпированных, не знающих своего дела политиков вспыхивают то и дело.

Но оззи мечтают изменить расхожее представление об их любимой стране как о поселении каторжников. Они не проходимцы - они люди с практичной жилкой. И им очень хочется, чтобы в мире на них смотрели, как на признанных лидеров независимого мышления.

В 20 ‑ м веке оззи были вынуждены пройти ускоренный курс общения с другими народами.

Нынешнее 18 ‑ миллионное население Австралии, в числе которого потомки аборигенов составляют меньше 1%, представляет собой смесь почти всех национальностей, известных миру: англичане, ирландцы, итальянцы, греки, русские, украинцы, голландцы, немцы, испанцы, поляки, вьетнамцы, индийцы, ливанцы, турки, китайцы. И все они обучали австралийцев основам своих международных отношений.

СМИ и признают этот космополитизм, и игнорируют его. Четвертая страница любой газеты обычно, если судить по ее названию, посвящена международной жизни. В телевизионных новостях тоже может проскочить одна ‑ другая заокеанская ново ‑ стишка. Так, на всякий случай, чтобы люди не забывали, что Австралия не одна ‑ одинешенька в мире. С другой стороны, никогда не лишне напомнить австралийцам, что Австралия - единственное место, пригодное для жизни.

Подобное безразличие к международным событиям вполне понятно - все это так далеко! Если страна не играет в крикет, регби, хоккей на траве, гольф или теннис и не принимает участия в Олимпийских играх, то она просто не существует. Но время от времени даже на Олимпийских играх выступают страны, при упоминании которых оззи будут долго и озадаченно чесать затылок.

Характер

Характер любого оззи - это сложнейшая смесь всех возможных характеров, какие только можно себе вообразить. Если посмотреть на австралийца как на некий единый характер, то вы не найдете в нем никакой логики. Но если вы попробуете высветить по отдельности каждый из составляющих его компонентов, то, может, кое ‑ что и поймете.

В рамках правительственной программы по созданию сельхозпоселений желающим выделялись огромные площади. Схема почти всегда была одной и той же: брали наивную семейку, вручали ей топор, двадцать листов рифленого железа и пакет семян; все это сдабривали приличной порцией пустых посулов и выбрасывали посреди буша.

Для первых поселенцев жизнь была беспрестанной борьбой. Они воевали с жарой, с бюрократией, с нехваткой воды, с мухами, змеями, с непогодой и с одиночеством. Трудное это было существование. В результате на свет появилась особая порода крепких людей. Мик Данди (по кличке «Крокодил») - один из них. Мик и горстка его друзей существуют и по сей день. И они неплохо живут на зерновых и скотоводческих фермах.

Оззи с удовольствием нежатся в лучах славы первых поселенцев. Они с романтической тоской говорят о трудностях и лишениях. Но сегодня подавляющее большинство проживает в больших городах, поближе к побережью. И может отважно бороться только с листвой в домашнем бассейне.

Если же говорить об изоляции, то изолированы они только от европейской культуры. А это не Бог знает какая потеря.

Оззи любят маленьких людишек, вовсю воюющих с чемпионами или с несгибаемым «истеблишментом». Эта любовь лежит в основе их постоянного недовольства властями и своим собственным положением.

Спортсмен, стремящийся к наивысшим ступенькам славы, заслуживает восхищения и поддержки. Вот он, настоящий чемпион, народный чемпион, борец за правое дело! А вот тот, кто уже стал чемпионом, - всего лишь цель, к которой стремится народный чемпион. Оззи уверены, что всякий чемпион заносчив, и потому заслуживает быть сброшенным с пьедестала. Это всем знакомый принцип: «не высовыйся!» - иначе тебя тут же укоротят. Желание вырасти высоким - похвально. А вот удача на этом поприще - непростительна.

Откройте свое дело там, где уже кто ‑ то добился успеха, и состройте из себя бедненького и забитенького, но рвущегося к победе человечка, и вы тут же переманите всех соседских клиентов.

Вот он, золотой шанс ксенофоба! Этой чертой австралийцев можно пользоваться в свое удовольствие. Хотите, чтобы вас недолюбливали - явитесь пред людьми счастливым, радостным и открытым. Оззи убеждены, что если человек кажется хорошим, то он наверняка плохой. Так что к вам немедленно начнут относиться с подозрением и недоверием.

Если же вы хотите понравиться, то ведите себя нагло, вызывающе и ходите с хмурым видом. Оззи убеждены, что если человек кажется плохим, то он наверняка хороший. И если характер у вас не подарок, то вам больше чем кому бы то ни было нужны друзья.

Сколько потеряла Австралия из ‑ за этого более чем странного синдрома, сказать трудно. Как бы то ни было, в стране, где все поддерживают того, кто к чему ‑ то стремится, а не того, кто чего ‑ то добился, лучше оставаться «маленьким человеком».